юка

02:19 am: фобия?


да, гермафродиты откапываются плохо. выходят из субстрата только на огурец, ложатся всей подошвой и грустно едят, поводя рогами. миленькие, говорю я им, ну фиг с ними с яйцами. гермафродиты доедают и уходят на дно безответно.
у меня чувство вины даже перед улитками, что уж говорить про пыльный буфет, квакающие красные ботинки (они всасывают воду на ходу из всех луж), то, что данечке приходится надевать комбинезон на джинсы (отвратительное ощущение двух лишних кожных покровов, совместное утреннее рыдание), волосатые изнутри мандарины, которые никто, кроме меня, не любит в этой мелкой ячейке общества, суровое лицо холодильника в семь утра (что ты ищешь во мне, убоище, я пуст, я холоден, я аутичен, хочешь индюшачье мёрзлое крыло?), прошлогодние джинсы (мы на тебе ни за что не застегнёмся!) и банкомат, выплюнувший мне тысячу рублей с десятого подхода (на, на, возьми уже и хиляй отсюда, нищебродина)

предыдущее послание от хокку-робота звучало так:

тринадцать лет
как собака на поводке
– фобия!

я заметила ключевое слово, спасибо. зато я не боюсь дождевых червяков, седых волос и нашествия инопланетян.

p.s.


три из трёх. наповал.

Tags: юмбрики

01:59 pm: холодное
обчистили антресоли – всё это пуховое, шерстяное, мохнатое висит теперь на крючках и выдыхает – немножко пылью, немножко молью. сколько скучного времени уходит на то, чтобы надеть, застегнуть, надеть сверху, обмотать, заправить уши в шапку, пальцы в варежку, оксолиновую мазь в нос, своё отражение в зеркало.

– слушайте, – говорит данечка, – а много нужно денег, чтобы уехать в израиль и не возвращаться никогда?
– да дело не в деньгах, – объясняем мы, – просто кто-то из нас должен быть официальный еврей.
– и что, – изумляется данечка, – кто-то из вас до сих пор не еврей? ну давайте я буду.

– а кстати, – небрежно сообщает готичка, волоча меня по замёрзшей луже, – как в израиле можно сделать и у нас. в принципе, это не сложно – надо сместить земную ось градусов на тридцать.
– давай, – говорю, – давай скорей её сместим. а как?
– ну, три-четыре направленных ядерных взрыва на поверхности. и придётся пожертвовать америкой.
– а море будет?
– а вот с морем сложней, – говорит готичка, – тут малыми жертвами не обойдёшься.
(будучи на прошлой неделе в калининграде, готичка вдруг остро осознал, что балтийские воды ни разу не объяли его, поэтому он сел в такси, доехал до моря, разделся до кожи и «несколько поплавал», оделся, вернулся в такси и уехал в аэропорт пить коньяк. – и что сказал таксист? – таксист восторженно промолчал)

– у нас дожди и нестерпимо холодно, – говорит мамулёк (и я слышу в открытое туда окно рёв мотороллеров, гул самолёта, идущего на посадку, влюблённых голубей и жизнерадостные крики «бэйца, бэйца), – но завтра обещают небольшое потепление до 24 градусов. а у вас что?
– а у нас снег. если ты помнишь, что такое снег.
– ну как же, – мечтательно отвечает мамулёк, – снег – это такое... в общем, это очень мило.

в аптеке попала в очередь. очередь нервная и настороженная: кто-то чихнул – все вздрогнули, кто-то достал платок – все перестали дышать. стоят, смотрят, моргают, страшно. в самом хвосте – мужчина, переступающий с цыпочки на цыпочку, рубашка расстёгнута, пальто нараспашку. – у меня без сдачи! – у всех без сдачи, – очередь показывает бумажки и монеты. – мне очень срочно! – всем срочно, – раздражается очередь. – да я вообще не по этому делу! – мы все не по этому делу, – шевелит бровями очередь и отводит глаза. – послушайте, мне только тест на беременность! – кричит мужчина. очередь выдыхает, мужчина прорывается к кассе. – и не забудьте – пописать надо натощак, – бубнит кассирша. – и натощак мы тоже пописаем, – обещает мужчина, весь такой с голым горлом, небритый, хлопает дверью. кто-то чихает. очередь снова перестаёт дышать.

в метро двое целуются сквозь маски.
– ну вот, – удовлетворённо говорит данечка, – теперь и у их микробов будут дети.

Tags: мальчики

01:25 pm: париж


( 16 паззлов )

Tags: шмулик и другие

02:12 pm: зараза
когда готичка улетел – я напишу корректно «делать подвесы под путина», а не как обычно, – мы с данечкой поругались, поцеловались, заболели и легли страдать. сначала страдал данечка. приходил по ночам на кухню, забирался под одеяло, пинал меня во что подвернётся и говорил, например: – а ты знаешь, что если бы рыбы были шерстяными, они бы не могли так глубоко нырять и протискиваться? или: – почеши мне спинку на семьдесят градусов восточной долготы. или: – из какой материи сделаны каштаны?
поскольку отвечала я однообразно: «давай закапаем нос», данечка мгновенно исчезал во мраке.

потом мне в горло напихали стекловату и стало очень жарко. я даже хотела обложиться двумя улитками, но не смогла их откопать. мамулёк консультировал по скайпу – дыши, не дыши! – и неосмотрительно посоветовал данечке проверить меня в смысле ангины. данечка сразу стал строг, собран и вооружён своей медицинской энциклопедией.
– ложись и открой рот, – сказал данечка и удалился.
через пятнадцать минут мне надоело. я попыталась закрыть рот, но данечка вернулся с фонариком.
– цы-цы-цы, – сказал он, доставая фонарик у меня из, кажется, трахеи, и опять ушёл.
ещё через полчаса он сообщил, что неплохо бы сделать соскоб слизистой. подумав, добавил, что клизма бы тоже не помешала.
в общем, к вечеру данечка диагностировал у меня бубонную чуму.

вчера я кое-как, нацепив намордничек, отвела данечку в школу. по дороге мы обсуждали что такое абсцесс и как с ним бороться.
– резать, только резать! – кричал данечка, а вокруг падали листья, капли, старушки и мопсы разной степени одышливости.
когда мы поднялись на третий этаж, данечка прислонил меня к дверному косяку, шагнул в общий коридор и голосом пожарной сирены возвестил:
– так, внимание, к моей маме никому не подходить! она – сплошная зараза!
зараза сделала детям книксен и побрела обратно, напутствуемая советом выдыхать как можно реже.

и только божья коровка, встреченная в луже заразой, не отшатнулась от неё, а наоборот, вскарабкавшись на ладонь, ехала так до самого красивого каштана по 11 парковой, где, пересаженная в мелкое дупло, и впала в счастливую спячку.

Tags: мальчики

01:59 pm: ещё раз
он тогда сбрасывает звонок и выходит из-под таксофонного козырька с таким лицом, что спешащие мимо сбиваются с шага и дыхания. возвращается домой – даже дверь от него шарахается, – моет руки, курит, варит кофе – пока набухает коричневый пузырь, фальшиво свистит и подмигивает оконному, жёлтыми листьями заляпанному отражению, – стряхивает пепел, встаёт на цыпочки, обжигается, надувает щёки, дирижирует мельхиоровой длинноногой ложечкой – ладно, прошло уже полдня (пять минут, предсмертно сообщает будильник, роняя на пол пружины, стрелки, зубчатые колёсики), ещё один раз – и всё, и больше никогда. выбегает на улицу в густой, настоявшийся туман, ныряет под пластиковый козырек, нажимает огромным неуклюжим пальцем здесь и здесь, и сорванным воробьиным голосом, вытягивая шею, прикрывая слева ладонью под ключицей (чтобы не лопнуло), кричит им снова:
– алё, милиция? колобок повесился!

Tags: истории

03:25 am: наизнанку
самая нестерпимая покинутость ощущается в парикмахерской, когда посторонний в форменном халате жужжит машинкой у тебя за ухом, придерживая его двумя пальцами, оттопырив мизинец, прижимая щекой к плечу телефон – ну слушай, я сейчас не могу, я тут ухо стригу.
потом такой ветер, что идёшь – и уши натурально полощутся.
чувствуешь себя чьей-то фрикаделькой – это слово не про еду, вот послушайте: жила-была одна фрикаделька...
(завести себе фрикаделек, назвать каждую – ты будешь анна, ты будешь мартын – посадить жить в морозилку, перед сном целовать каждую в заиндевевшую макушку, ни о чем не спрашивать, тихо любить, никогда не бросить)
ворона из гнезда напротив завела шерстяной носок, соседи завели пианино, жэк – голубоглазого дворника, такую былиночку в кепке, что проходящие мимо на каблуках на пару минут отпускают лица на свободу – все эти складочки, ямочки – и сразу хотят взять былиночку к себе, просто так, миленький, ничего не надо, просто подыши рядом. а былиночка метёт, метёт, и ничего вокруг не видит, потому что у неё дома тоже есть свои любимочки, а у тех – свои, и так без конца.
даже у дорогого боженьки, наверное, есть некто, которому он чешет за ушком и с которым разговаривает исключительно уменьшительно-ласкательными суффиксами, особенно в октябре, когда такой ветер, что не только зонты, но и тебя самого выворачивает наизнанку.

Tags: забери нас отсюда

12:45 pm: девочкам на заметку - не хватать!
полночи, ободрав с готички старые джинсы, шила из них подушечку, мучительно имитируя стежок «козлик с перехватом», выдохнула и вспомнила, что подушечку надо набить горохом, распорола «козлика», насыпала горох, зашила подушечку, сложила в коробку с остальным по списку – десять пакетов бисера, пуговицы, бусины, иголки, проволока, тряпочки, два корытца, нитки, спицы номер какой-то, пряжа «семёновская. два часа обводила прописи с высунутым языком. придумала предложение с тринадцатью буквами «о». ещё пообводила прописи. под утро пошла смотреться в зеркало – не отросли ли на мне банты и октябрятская звёздочка.
очень трудно учиться в первом классе, чтоб вы знали.

говорю: – слушай, ну ты можешь принять какую-нибудь человеческую позу?
– позу лотоса? – неуверенно отвечает данечка.

спрашивает: – а я могу приводить гостей?
– приводи, у тебя есть своя комната, конечно, приводи.
– любых-любых?
– ну пусть любых, – осторожно соглашаюсь я.
– что, – изумляется данечка, – и даже совсем не знакомую тебе девочку варю?

пожаловался, что его преследует на прогулках другая девочка катя из 1 «а». спросила, что значит – преследует.
– хватает и обнимает, – ответил данечка, – вот прямо так хватает, обнимает и не выпускает.
тут во мне, видимо, проснулась женская солидарность, потому что я начала взволнованно, с красными ушами и вспотевшим носом, объяснять, что это ничего, это не страшно, что ты, данон сопельбаум, наверное, нравишься девочке кате, и она пытается донести до тебя это трепетное чувство, и надо её понять, и сказать ей что-нибудь приятное, а не вырываться с воплями «спасите-помогите».
– так, – деловито уточнил данечка, – приятное для девочек – это про красоту?

вчера нашла на данечке цветущий синяк. поинтересовалась, кто автор.
– да катя, – сказал данечка, – она за мной погналась, чтобы обниматься, а я ей на бегу крикнул, что она хорошо выглядит.

после двухчасовой задумчивости я таки придумала контраргумент и пошла в наступление.
– между прочим, – сказала я, – если бы это аня король тебя хватала, ты бы только радовался.
данечка побледнел. данечка приложил ладони к сердцу и перестал жевать банан. у данечки явно перехватило дыхание. и данечка ответил, отделяя трагическими паузами каждое слово:
– если бы... моя... любимая... девочка... начала... меня... хватать... я бы… этого... не пережил!

занавес.

Tags: мальчики

12:47 pm: ***
два логопеда год бились над данечкой, чтобы он начал выговаривать «р», но данечка был неприступен, и «йак йобстей» преследовал нас и ставил в неловкие положения. а в париже данечка вдруг так пророкотал «мерси», что у нас заштормило в висках.
теперь мы по пять раз в день просим его сказать «монмартр» или "этрета" – чтобы рябь опять пробежала по коже, как там, на холме, или в белых скалах с колючей ежевикой и позирующими чайками.

( ракушки ушные и не очень )
сняты виком

Tags: приступы нежности

12:22 am: и немедленно выпил
в толстеньких отрывных календарях поводов, конечно, было больше. но содержания меньше.

праздники поименно

в моем тексте все герои вымышленные. комар особенно.

Tags: йо-хо-хо

01:06 pm: первый раз
у нас в семье всё очень просто – улитки какают, готичка валяется, данечка что-то тоже, и только я одна волнуюсь.
31 августа, например, настойчиво спрашивала данечку, в чём выражается его готовность пойти в школу. данечка обречённо заточил два карандаша и сообщил, что теперь готов.
вечером, когда я пришла целовать пятку, данечка читал про половую женскую систему. – смотри, – сказала он, – это созревшая яйцеклетка. я посмотрела. – думаю, надо познакомить с ней папу, – продолжал данечка, – а то мне кажется, он не очень в ней понимает. – но тебя же мы как-то сделали, – встала я на защиту готички. – вот это меня и удивляет, – ответил данечка, – вы же совершенно в этом не разбираетесь.



( и немножко размыто – шмулик, видимо, прослезился )

Tags: мальчики

01:53 am: «...и голубой, и в пепле лет стоит, шумит великий город...»
когда мы летели из израиля, со мной случилась паническая атака – мамулёк вместо феназепама подсунул какое-то плацебо, которого хватило только на два часа. через два часа я как раз стала превращаться в баклажан, он же в народе – синенький. данечка невозмутимо читал правила использования кислородных масок. зато наша соседка-богомолица перегнулась ко мне и сообщила, что это всё потому, что я не верю в истинного бога, и он меня наказывает, а вот если бы я молилась, как все приличные люди, то не хрипела бы сейчас, пытаясь открыть бутылку с водой, а спокойно спала.
данечка отложил брошюру, взял соседку за рукав и сказал ей доверительно: – знаешь, в одного бога верить невыгодно. у прошедших египтян каждый бог отвечал за своё – вот это правильно и никакой путаницы. – тут соседка стала тоже баклажаном и попыталась вырваться, но данечку вообще трудно остановить, когда он делится знаниями, поэтому он продолжал: – так вот, были такие птах и хнум, ты знаешь птаха и хнума? я в них, в принципе, верю. но они не занимаются самолётами.

и это очень жаль, потому что мы сегодня улетаем.
меня утешают две вещи (не считая коньяка) – что готичкины запястья в полном моём распоряжении, и что данечка изучает энциклопедию мифов и верований древнего мира – надеюсь, там найдётся некто, занимающийся исключительно тем, что носит на ладонях из страны в страну смешных алюминиевых птичек.

02:20 pm: дедушки
на тель-авивском пляже и без готички я наконец нашла свою целевую аудиторию. это, кто бы сомневался, оказались очень и очень дедушки в бровях и ситцевых трусах. никого нет лучше еврейский дедушек, только еврейские бабушки – но у них были свои стада внуков, кульки с едой и шо ты пихаешь песок ему в рот, мой сладкий.

дедушки много раз называли меня «вэнэрой», два раза ущипнули за попу и один раз предложили откусить от их питы со следами зубов. ни разу в жизни я не имела такого успеха (это, на минуточку, не ирония).

один дедушка уловил меня под душем. – хохла? – сердито спросил дедушка. – нет. – мама иврэй? – спросил дедушка и нахмурился. – ну... – малое твоё? – спросил дедушка, ткнув в мрачного данечку, и я согласно содрогнулась. дедушка вышел из-под душа, весь в каплях, весь, что называется, соль с перцем, возложил руки на бока (свои) и закричал: – или ты дура? сама не хохла, мама где-то иврэй, отдай ей малое и иди гуляй, тут кругом такие мужчины! – и щёлкнул резинкой о трусов.

другой дедушка предложил мне «променад до ресторации». – за твой счёт, золотце, – сказал дедушка, – я уже в том возрасте, когда самому платить глупо.

третий дедушка просто лежал рядом и держал меня за щиколотку. всем, кто меня знает, понятно, что щиколотку я отобрать не могла из сочувствия, пролежала так два часа и сгорела практически в пепел.

четвёртого дедушку обречённо привёл данечка из раздевалки. – вот, – сказал данечка, – это серёжа, он химик из москвы. серёжа был в сомбреро и плавках и спросил, не идём ли мы купаться. – какой у вас общительный мальчик, – неодобрительно сказала мне серёжина жена.
когда сомбреро с женой ушли, я спросила данечку, как они познакомились. – и очень просто, – ответил данечка. – я снимал плавки, и он снимал плаки, я сказал, что мокрые плавки – это отвратительно, и он сказал – да.

прочие дедушки тоже были прекрасны – весь июнь я нравилась им и была вэнэрой до такой степени, что данечка как-то, скептически осмотрев меня со всех сторон, поинтересовался, не забыла ли я, что у меня избыточный вес , и что я его, данечкина, сплошная лошадь.
правда, был один структурный эфиоп в белой тряпочке на чреслах, но он только стрельнул сигарету (не считается).

я не могла отвечать дедушкам взаимностью (щиколотка не считается тоже), потому что тосковала по готичке. мы сидели ночью на берегу кинерета и смотрели звёзды. – ужасно красиво, ужасно красиво, – повторяла я и не могла остановиться. – да, – соглашался данечка. – только у меня не получается определить, южное это полушарие или северное. – а вот если бы рядом был готичка, – продолжала я уныло, – он бы всё определил, как же нам его не хватает. – лично мне не хватает моего астрономического атласа, – корректно сообщил данечка. – папы мне не хватает по другим поводам.

а ещё один дедушка назвал меня «цыпой» таким голосом, что я сразу поняла – вот он мой джек воробей и всё по бим-бом-брамселям. но дедушку увели от меня две маленькие, но очень решительные тайские женщины.
на тартугу, наверное.

Tags: мальчики

12:35 pm: лишней запятой
все разъехались – готичка повесил бритни спирс и уехал вешать мадонну ( – на фонарях? – интересуются тут некоторые, – нет, отвечает им готичка, – на александрийском столпе), данечка уехал на дачу ( – что ты сегодня делал? – выкопал один сорняк, съел шесть ягод малины и изобрёл два космических двигателя на новом топливе. – на каком топливе? – над этим я ещё думаю).

неделя тишины, вода греется в жестяном ведре, у вентилятора наблюдается дыхание чейн-стокса, можно бросать одежду и книги на пол, спать на кровати, питаться тревожными сырками и пылевым хлебом, валяться с видом на изнанку неба с неумелым белым швом посередине, в семейных натурально трусах, ничего типа бровей на себе не выщипывать и читать свой первый молескин, изумляясь насекомному мелкому почерку, облизывая палец, собирая на палец песчинки, тянуть предложение, как вишнёвую сладкую смолу, хоть до утра, снова видеть это:

смуглых девочек на тель-авивском пляже, под полосатым зонтом, бреющих друг другу подмышки.
четверых старичков – две крошечные пары, уже как бы и нездешние, – осторожно входящих в воду – по щиколотки, по колени, осторожно, хани, здесь рыбки, – и как они все держатся за руки, а волна так близко, и хочется стать рядом пятой, лишней запятой.
эбенового эфиопа, старательно втирающего в кожу солнцезащитный крем, его рыжую подругу, у которой веснушки буквально брызгают с лица, и их крапчатого спаниеля с пупырчатым жёлтым зайцем в зубах.
закат такой избыточной алости, что начинает болеть горло.
официанта в яффо, поцеловавшего данечку в макушку, меня в плечо и сказавшего напоследок: – мадам такая нежная, мадам забыла оставить чаевые, десять процентов, мадам.
кинерет сонным утром – если развести ладони, кажется, что держишь на весу каменную чашу, налитую молоком и туманом.
белых цапель, летящих над водой, и их подёрнутое рябью отражение, летящее сквозь тебя и дальше.
огромного жаркого хасида – садится в маршрутку, протягивает водителю влажные монеты, снимает чёрную шляпу и вытирает носовым платком кипу, пристёгнутую к макушке крошечной заколкой-невидимкой.
весёлого скворца, балконного гостя, передразнивающего мои пришепётывающие скороговорки.
в парке двух уснувших в обнимку мальчиков, тёплым клубком, джинсы, кеды, травяные пятна на майках – и как проходившие мимо переходили на цыпочки и шёпот.
человека, увешанного детьми, пакетами, коляской, мороженым, рюкзаком, беременной женой и связкой воздушных шаров – вот сейчас подует ветер, они поднимутся в небо всей шумной стаей, не переставая спорить, щебетать, жевать питу, махать руками, и поплывут над городом – выше, выше, пока не превратятся в чёрную точку на странице блокнота, который я листаю этой ночью в семейных натурально трусах, пока вода закипает в жестяном ведре.

Tags: приступы нежности

02:11 pm: пятка лета
все уже написали про макушку лета, но это пятка, пятка, пыльная, сбитая, со сморщенным пластырем, скачущая то в дождь, то в жар, то в я-не-знаю-где-ты-находишь-такую грязь.

данон, вернувшись с дачи, трагически сообщает: – это ужас, какая у нас скудная земля, элементарной сланцевой гальки нигде не нашёл.
теперь растит в гранёном стакане соляные кристаллы и ничего не ест. смотрит в суп, как удав в кролика, и говорит: – я мегамозг? мегамозг. а мегамозг не обязан любить лапшу и морковку.

таджикский мальчик с перебинтованной рукой стрижёт меня в тёмном полуподвале – нет света, нет, – катая в кресле от окна к окну и напевая про полумесяцем бровь. – срежьте ещё два сантиметра, – говорю я. – нэт! – срежьте, я не буду ходить с таким начёсом. – нэт! – и ножницы стрекочут в его пальцах. – срежьте хоть сантиметр! – нэт! я делаю гламур, а не босяк, я мастер бек!
сдачи у мастера бека тоже нэт, и я бегу в соседний магазин с гламуром на голове разменивать влажную тысячу.

улитки по-прежнему бездетны. – где яйца, – кричу я им каждый день, – яйца где? вы прожигаете свою жизнь, вы не думаете о будущем! кто принесёт вам в старости стакан воды, кто поцелует вас в рога? вы же половозрелые гермафродиты, сделайте уже нам внуков!
улитки уходят в кокосовый субстрат. данон осторожно берёт меня за руку и говорит: – если тебе так надо, то внуков, в принципе, могу сделать и я.

это удивительно – через тринадцать лет жизни плечом к плечу узнать, от чего готичка смеётся взахлёб, с содроганиями и чиханием шампанским на монитор. от фильма «адреналин-2» и конкретно фразы «как говорил конфуций, карма – сука».

в день семьи в новостях сказали, дословно, что «этот светлый праздник назван в честь петра и февронии, потому что они были единственной счастливой парой на руси».

возле метро продают чернику, лисички, редиску, ромашки и майки с надписью «я русский». – как-то нет интриги, как-то прямолинейно это, – говорю я, – давай напишем, например, «а я не русский». – побьют, – говорит готичка. – тогда давай напишем «а я белорусский» (в рамках анекдота про двух евреев, один спрашивает у другого – так я вижу, вы еврей. – нет, – оскорблённо отвечает тот, – я русский. – ну так а я белорусский, – радуется первый). – побьют, – говорит готичка. – надо написать просто «я тоже», и если какая-нибудь сволочь спросит, что – тоже, агрессивно отвечать – всё!

пятка лета бежит дальше.

Tags: прочие мурашки

12:16 pm: невыносимо
если бы я писала роман о жизни проводов, всей этой извилистой мелочи от ноутбуков, зарядников, наушников и колонок, это был бы очень короткий роман.
прямо скажем, из одного слова: "запутался!"

Tags: юмбрики

10:22 am: 34
в пятнадцать казалось, что двадцать пять - это край, старость, полураспад, маразм, седая шерсть в ушах, до свидания.
из сегодня даже шестьдесят видятся как-то вполне прилично. потому, наверное, что сейчас я к ним намного ближе, чем в пятнадцать была к двадцати пяти.

если бы ещё кто-нибудь отменил это крошечное содрогание сердечного мешочка, когда без подготовки, случайно, мелькнёшь в зеркале - а там некто настолько постороннее, что мгновенно краснеешь спиной и, поджимая пальцы, говоришь - извините, а вам кого?
и это некто, тоже скукоженное от неловкости, только пожимает плечами, и вы быстренько расходитесь каждая в свою сторону, изо всех сил надеясь больше никогда не встретиться.

09:55 am: поздравляю, вы сидите в трансвеститах (динка)

трансвеститы как раз понравились данечке больше всего. трансвеститы и мороженое. жаль, что было жарко, мы оплавились и не смогли дойти до моря. и не увидели двух гигантских панд с вентиляторами в задних лапах.
( много красивых людей )

Tags: шмулик и другие

11:01 am: данон – предводитель хасидов (жмурина)
тут в парке, как нло на поляне, стоит синяя трёхэтажная гиргара с трубами-горками. данище, забравшись туда, впадает в экстаз, и выманить его нельзя даже мороженым (из всех остальных мест можно).
я тоже скатилась, упала в песок, и местный удод (натуральная птица, с очень язвительным клювом) брезгливо покосился на мою правую пятку. поэтому я отступила в тень жакаранды. зато пришли три хасида.

они стеснительно толкались локтями и заглядывали во все трубы, пока из одной не вылетел данище с победным криком «шалом!». хасиды отпрянули. хасиды сбились в стайку и стали с независимым видом смотреть по сторонам. они даже поплескали друг на друга водой из бутылки.
тогда данище взял какого поменьше за палец и, что-то бубня про «не бойся, я тебе покажу, как тут надо», потащил за собой. остальные потянулись следом, причитая и всплёскивая руками.
потом, правда, пришёл старший, в бороде и шляпе, снял троих с гиргары, почистил от песка и увёл куда-то – наверное, воспитывать и оставлять без сладкого.

( снято с трясущегося от нежности колена )

Tags: шмулик и другие

11:18 am: хорошо
в прошлую пятницу мальчики ушли из дома приличными людьми с чисто вымытыми ушами, через час вернулись два панка. – всего триста рублей сказал готичка. – а мне ещё забальзамировали голову, – добавил данечка. лично я надругалась над собой совершенно бесплатно с помощью маникюрных ножниц.

готичка посетил первое школьное собрание. похвастался, что пока остальные родители зависали над анкетными вопросами об интересах детей, сам он написал чётко и правдиво – «чёрные дыры и проблема бессмертия». характеристику данечке дал такую – эмоциональный тормоз.

перед самолётом я целый день играла в скраббл, чтобы не думать про страшное и в надежде, что готичка хотя бы в эти трагические часы даст мне победить. вообще все вокруг были раздражающе спокойны, поэтому я даже не разрыдалась перед паспортным контролем.
данище сводил меня в дьюти-фри, два раза в туалет, проверил, выпила ли я таблетки, и всем вокруг объяснял, что я – его мама, не волнуйтесь.
когда самолёт загудел, сумрачный еврейский дедушка справа, с невероятно мшистыми ушами, похлопал меня по спине и, видимо, из сочувствия, тоже захрустел пальцами. так мы хрустели, пока данище не заявил, что мне нельзя бояться, потому что если я буду бояться, то ему тоже станет страшно и разовьётся эта самая, как её, твоя любимая. – фобия? – с готовностью спросила я. – вот именно, – сказал данище, – лучше смотри в окно, видишь, мы как будто падаем.
тут меня выключило, а включило обратно уже утром. данечкины ноги спали на моих коленях, дедушкино ухо спало не моём плече. и я впервые в жизни выглянула в иллюминатор – внизу было море, над морем облака, под крылом – огромный красный шар, а впереди – тель-авивский берег. это настолько меня потрясло, что очнулась я, когда вокруг уже хлопали, а дедушка яростно вырывал из моих пальцев рукав пиджака.

первые два дня я спала, потом мы вышли к воде и сразу сгорели. я стала лицом как кирпич, русскоязычный ребёнок показал на меня пальцем и восторженно сообщил бабушке: – дед мороз в очках! данище выгорел затейливыми дугами.
ещё мы попали в парке под сирену учебной тревоги и лежали попами в небо, носами в траву вместе с тремя букашками, одним муравьём и половинкой яблока, нам было очень хорошо.

Tags: мир_на_цыпочках

08:11 am: шалом, израиль
когда готичка показал свой сюрприз, меня разорвало пополам. одна половина плясала «семь сорок», вторая рыдала на полу и кусала ковролин. первая где-то до сих пор пляшет, вторая собирает трусы, килограмм шоколадных конфет и сало, потому что улетает завтра ночью вдвоём с данищем на историческую душевную родину сроком на месяц (пусть даже эта родина, в отличие от двух других, не даёт мне свой паспорт)
как сказала утешительная мариночка – тебе там будет хорошо же, вокруг море, мамулёк и много евреев.

за те тринадцать лет, что я варю готичке кофе, мы никогда никуда не летали врозь. раньше в самолёте я ломала готичкино запястье и думала, что если что – то хотя бы вместе. завтра я буду думать про то, кто будет выдавать готичке чистые носки, если что. мне уже неделю так страшно, что я не сплю. и даже не убираю квартиру.
готичка утешает меня очень своеобразно. говорит – ничего с вашим самолётом не случится. я говорю – ты всегда так говоришь. а готичка говорит – ну так ничего же и не случалось.
данище сказал, что я могу рыдать в него, он потерпит.

в общем, мы полетели, пишите письма.

p.s. готичку почти на весь июнь ссылают в питер человеком-пауком.
если вдруг встретите – берегите его.

Tags: забери нас отсюда